Chatham House: Какие выводы может сделать Запад из учений РФ и Белоруссии?

Прошедшие недавно совместные учения вооруженных сил Белоруссии и России «Запад-2017», в ходе которых вымышленное государство Вейшнория, вторгшееся на российскую и белорусскую территории, было силой принуждено к миру, — это прекрасная возможность проанализировать стратегию Москвы, пишет Матьё Булег в статье для Chatham House.

По мнению британского аналитика, занятого в Программе изучения России и Евразии Королевского института международных отношений, учения «Запад-2017» позволяют сделать пять ключевых выводов о планах и намерениях Москвы.

Во-первых, подчеркивает он, с помощью этих учений Кремль смог продемонстрировать ошибочность оценок западных аналитиков и экспертов о численности участвующих в них войск. Так, прежде говорилось о «100 тыс. военнослужащих», мобилизованных для учений. Тем не менее количество военнослужащих было не столь многочисленным, поскольку учения были направлены на повышение эффективности оперативного управления и интеграции войск, а не на демонстрацию силы — как было в случае с прошлыми учениями «Запад», состоявшимися в 2013 году.

Благодаря такому маневру Кремль может убедительно заявить, что Запад «переволновался» и пал жертвой собственных разжигателей войны и слухов о том, что Москва скрывает истинный характер учений и своих намерений.

Во-вторых, из совместных учений Москвы и Минска можно сделать вывод о том, какой вид войны они практикуют. Так, белорусские и российские войска отрабатывали приемы ведения двух из четырех существующих видов войны — асимметричной и классической или конвенциональной, в рамках которой не применяется ни химическое, ни бактериологическое, ни ядерное оружие.

Первая фаза учений предполагала вторжение «незаконных вооруженных группировок» из Вейшнории на территорию России и Белоруссии. На этом этапе Москва и Минск проверили подготовленность войск к развертыванию, установлению передовых полевых постов, эффективность управления, а также интеграции войск перед совместным контрнаступлением против более классического противника, которое имело место в ходе второй части учений.

Для отражения противника Россия применила сухопутные силы при поддержке тяжелой артиллерии, подразделений разведки и спецназа, а также активно задействовала авиацию, ПВО и ВМФ. Кроме того, к классическому наступлению были добавлены компоненты асимметричной войны: контрдиверсионные группы, меры электронного противодействия и ряд других. Россия также развернула в рамках учений несколько новых образцов вооружения отчасти из необходимости проверить их эффективность, а отчасти чтобы представить технику потенциальным иностранным покупателям.

В-третьих, учения стали демонстрацией того, что все рода войск, участвовавших в учениях «Запад-2017», активным образом применили полученный в Сирии опыт. Логика этого шага заключается в том, что эффективность недавних реформ Вооруженных сил России может быть проверена только на практике.

В-четвертых, при анализе характера учений становится очевидным, что они были направлены против НАТО. Так, что бы Москва ни говорила первоначально об «оборонительном тактическом антитеррористическом» характере учений, риторика, применяемая для описания Вейшнории, изменилась по ходу учений, быстро превратившись в противодействие «классическому противнику». Это означает, что в сущности «Запад-2017» стал обкаткой ответа на наступательную операцию такого же по характеристикам противника, как НАТО.

И действительно, силы Вейшнории перешли от первоначальных вылазок легковооруженных подразделений на территорию Белоруссии и России к нанесению массированных воздушных и сухопутных ударов. Более того, сценарий «Запада-2017» всегда предполагал наличие у предполагаемого противника внешней поддержки, а сами учения создавали впечатление генеральной репетиции ответу на вторжение НАТО. Россия, по мнению автора, хочет, чтобы Запад считал, что именно так Кремль понимает классическую войну между Россией и НАТО. Учения служат напоминанием Западу, что Россия готова дать отпор силам Запада и НАТО.

Наконец, учения отчетливо показали, что на фоне напряженности отношений с Западом Кремль использовал их, чтобы отправить ряд сигналов. В частности, Москва может по собственному желанию идти на эскалацию классического конфликта с НАТО. Так, на учениях не отрабатывался сценарий войны на уничтожение, Россия продемонстрировала свою готовность увеличить издержки для противника и привести к столь огромным его потерям, что у Вейшнории нет и шанса.

Более того, благодаря устрашению НАТО и одновременному укреплению чувства собственной военной мощи у Москвы появляется возможность использовать предполагаемую небоеготовность на Западе и в пограничных регионах в качестве надежного инструмента сдерживания. Так, если можно продемонстрировать противнику, что его вторжение закончится катастрофой, среди врагов и соседей появляется неуверенность в собственной безопасности.

Автор Максим Исаев

Он забыл еще важный момент. Одним из важных посланий западу, переданных в ходе учений, явилось то, что в случае реальной агрессии войска НАТО ждет немало трагичных для них сюрпризов. Этому и была посвящена вторая часть учений. А вовсе не демонстрации техники потенциальным покупателям. Они и так ее видели на выставках.