Слон Карла Великого

Абуль-Аббас (букв. отец Аббаса) так звали слона, что был подарен Карлу Великому багдадским халифом Харуном ар-Рашидом.

Имя слона и записи о событиях из его жизни в империи Каролингов сохранились в "Annales regni Francorum" (Анналы королевства франков); "Vita Karoli Magni" (Жизнь Карла Великого) Эйнхарда также содержит упоминания о слоне. Тем не менее в источниках Аббасидов не найдено никаких упоминаний ни о таком подарке, ни вообще о каком-либо контакте с Карлом Великим — возможно, по той причине, что Харун ар-Рашид считал властителя франков неким малозначимым правителем.
Абуль-Аббас был доставлен из Багдада, который тогда являлся столицей халифата Аббасидов, при посредничестве франкского еврея по имени Исаак, который вместе с двумя другими эмиссарами, Лантфридом и Зигмундом, был отправлен ко двору халифа по приказу Карла Великого. Будучи единственным выжившим членом посольства из трёх перечисленных, Исаак отправился в обратный путь со слоном, о котором он постарался заранее предупредить Карла через двух эмиссаров, которых встретил в 801 году.

Исследователи полагают, что Исаак и слон проделали своё путешествие через Африку: они начали обратный путь, направившись вдоль египетского побережья в Ифрикию. Во всяком случае, в историческом тексте «Анналов королевства франков» написано, что «Исаак-еврей вернулся из Африки со слоном» (Isaac Iudeus de Africa cum elefanto) и высадился в Портовенере (около Генуи) в октябре 801 года. Зиму он вместе со слоном провёл в Верчелли, а весной они начали переход через Альпы к резиденции императора в Ахене, прибыв туда 20 июля 802 года.

В 810 году Карл Великий оставил свой дворец и начал военную кампанию, имевшую целью разгромить короля Дании Гудфреда и его флот, который вторгся и разграбил Фрисландию. Карл Великий пересёк реку Рейн и остановился в месте, называемом «Липпехам», ожидая прихода войск в течение трёх дней, когда его слон вдруг умер. На основании предположения, что Абуль-Аббас был с Карлом Великим на момент своей смерти, некоторые современные исследователи делают вывод, что франки планировали использовать животное в качестве боевого слона.